Видеотрансляция богослужений

Доброе слово

Каждый человек видит в других то, что в опыте духовном познал в себе самом, поэтому отношение человека к ближнему есть верный показатель достигнутой им степени самопознания.

Преподобный Силуан Афонский

Надо уметь жить и пользоваться жизнью, опираясь на то, что есть в данный момент, а не обижаясь на то, чего нет. Ведь времени, потерянного на недовольство, никто и ничто не вернет.

Священник Павел Флоренский

Чтобы икона была современной, традиция должна быть живой.

Как учить иконописи, чтобы она оставалась живой, привить ученикам любовь к традиции иконописания, и о том, есть ли будущее у русской иконы, размышляет иконописец Александр Стальнов, преподаватель иконописного отделения Санкт-Петербургской духовной академии.

– Вы согласны с мнением, что в девяностые годы были перспективы для развития и взлета направления иконописи, церковного искусства, но этого не произошло? Почему?

– В девяностые действительно была особая надежда на то, что в связи с накопленным за время советской власти опытом (раскрыто много древних икон, изучено большое количество материалов) и необходимостью восстанавливать огромное количество храмов будет уделено какое-то внимание церковному искусству. Например, в Румынии иконописец, прежде чем писать в храме, проходит профессиональную аттестацию. Он должен сначала поработать с каким-либо мастером, я уже не говорю о том, что он должен быть человеком верующим. Но у нас за это время не были определены принципы и приоритеты в современном церковном искусстве. Только сейчас, по прошествии 30 лет, начинаются какие-то рассуждения на эту тему. Поэтому храмы строят и расписывают стихийно, никаких конкурсов не проводится, пишут часто люди, мало знакомые с учением Церкви. В древности для каких-то знаковых важных храмов выписывались иконописцы из Византии (Феофан Грек, Марк Грек) или созывались лучшие, как, например, для Благовещенского княжеского собора в Кремле: Феофан, Андрей Рублев, Прохор с Городца.

– Кто-то говорит, что иконопись – явление неживое, кто-то – что она активно развивается. Что, на ваш взгляд, сегодня происходит?

– Для меня иконопись – явление живое, она активно возрождается и развивается, несмотря на внутренние сложности, внешние проблемы и менталитет современного человека.

Икона развивается прежде всего внутрь, во внутреннее пространство человека.
 

Но, мне кажется, проблема современной иконы в отсутствии глубины внутренней жизни художника, который как бы повествует о том, чего не знает, о том, где он не живет своими мыслями. Хотя некоторые современные иконописцы прекрасно рисуют и технически даже превосходят многих древних мастеров. Прекрасной эстетикой порой удается маскировать внутреннюю пустоту и неубедительность образов.

Современная икона более суетная, ей часто не хватает внутренней целостности. Я при этом не хочу сказать, что все древние иконы были хорошими. Некоторые экспонаты в музеях имеют исключительно историческую ценность. Но все же подавляющее большинство древних образов имеет совсем другую глубину и молитвенное пространство, нежели многие современные.

В современном мире нам можно посмотреть на пример развития греческой иконы – ее возрождение началось раньше, с начала 20-х годов XX века и в итоге она пришла к большему единообразию, более единому пониманию, какой должна быть современная икона.